Вадим Алешин (vakin) wrote,
Вадим Алешин
vakin

Кто стал прототипом доброго доктора Айболита



В начале XX века в Вильнюсе жил человек, совершивший очень много хорошего в своей жизни. Имя его сегодня, правда, не очень известно за пределами родного города, а мемориал, посвященный ему – это небольшая бронзовая скульптура в натуральный рост. Однако существует еще один памятник, литературный, благодаря которому доброго доктора уже около ста лет знают и любят миллионы детей и взрослых, ведь именно этот человек вдохновил когда-то Корнея Чуковского на знаменитые строки: «Добрый доктор Айболит! Он под деревом сидит.»

Чтобы не погрешить против истины, надо признать, что у Доктора Айболита на самом деле есть как минимум два прототипа. Выяснять, какой из них главный или более важный – бессмысленное занятие, ведь творчество – это сложный и многогранный внутренний труд. Литературным прообразом любимого всеми персонажа стал английский доктор Дулиттл, созданный писателем Хью Лофтингом. У британского Айболита действительно много общего с нашим – у него живет много животных, с которыми он разговаривает на их языке, он совершает путешествие на корабле через океан, правда, в оригинале он ездил не в Африку, а на Северный Полюс. Первый «Доктор Айболит», вышедший в 1924 году в Ленинградском отделении Детгиза, обозначен на титульном листе как выполненный К. Чуковским пересказ. Однако, еще раньше, чем Лофтинг издал рассказы о своем докторе, Корней Иванович отдыхал в Виленской губернии, где познакомился с человеком, поразившим его своей невероятной добротой.


Доктор Дулиттл – литературный прототип Айболита

Цемах Йоселевич или, как его еще называли, Тимофей Осипович Шабад родился в 1865 году и почти всю жизнь прожил в родном Вильно. Медицинское образование он получил в Москве, и там же начал медицинскую практику. Еще молодым врачом он ездил в Астрахань бороться с эпидемией холеры. Затем вернулся на родину и возглавил одну из больниц. По воспоминаниям современников, несмотря на достаточно высокое положение и руководство множеством общественных организаций, Цемах Йоселевич всегда ставил на первое место человека. Он никогда не отказывался идти к больному в плохую погоду или ночью, а встречая на улице своих недавних пациентов, мог подолгу с ними разговаривать, давать советы и рекомендации. Он лечил всех, обратившихся к нему – жуликов, бродяг, нищих (с неимущих или небогатых клиентов он никогда не брал денег), если дети приносили ему заболевших животных, он лечил и четвероногих пациентов, несмотря на то, что ветеринарного образования у него не было.


Тимофей Осипович Шабад

Он потратил уйму сил и времени, рассказывая людям о правилах гигиены и о том, как важно их соблюдать. Формула «Опрятность — основа выживания» стала основной идеей, которую доктор, видевший своими глазами все ужасы холеры, пытался привить в родном городе. Например, он основал в Вильно «Общество здоровья», которое до сих весьма плодотворно занимается просвещением населения. Кроме этого, по инициативе доктора Шабада в Вильно открылись множество приютов и детских оздоровительных лагерей. Еще одна акция, которая спасла тысячи детских жизней, называлась «Капля молока». Заключалась она в поддержке неимущих кормящих матерей, им бесплатно выдавались еда и одежда.

Корней Иванович Чуковский познакомился с чудесным доктором, который как будто вышел из сказки, в 1905 году. Во время поездки в Вильно он жил у него дома. Затем они много лет переписывались, и в 1912 писатель опять приехал в гости к своему приятелю. Он писал затем в воспоминаниях:

«Был это самый добрый человек, которого я знал в жизни. Придет, бывало, к нему худенькая девочка, он говорит ей: «Ты хочешь, чтобы я выписал тебе рецепт? Нет, тебе поможет молоко. Приходи ко мне каждое утро и получишь два стакана молока». И по утрам, я замечал, выстраивалась к нему целая очередь. Дети не только сами приходили к нему, но и приносили больных животных…

Как-то утром пришли к доктору трое плачущих детей. Они принесли ему кошку, у которой язык был проткнут рыболовным крючком. Кошка ревела. Ее язык был весь в крови. Тимофей Осипович вооружился щипцами, вставил кошке в рот какую-то распорку и очень ловким движением вытащил крючок. Вот я и подумал, как было бы чудно написать сказку про такого доброго доктора. После этого у меня и написалось: «Приходи к нему лечиться и корова, и волчица…».



Корней Иванович Чуковский на встрече с юными читателями

Дальше началась Первая мировая война. Разумеется, доктор Шабад не мог остаться в стороне, хотя возраст и статус позволяли ему заниматься руководством больниц в родном городе, он ушел медиком на фронт. К счастью, это приключение ему также удалось, Цемах Йоселевич вернулся домой и продолжил свой благородный труд. Активнейшая общественная жизнь, участие в работе муниципалитета Вильно, редактирование журнала, создание Еврейского научного института и поддержка множества организаций – казалось, что круг его интересов необъятен, а силы неистощимы, однако последнее, к сожалению, оказалось не так.

В январе 1935 года доктор Шабад умер от заражения крови. Его похороны стали одним из крупнейших мероприятий в городе за многие годы – чтобы попрощаться с великим врачом и общественным деятелем, собралось несколько десятков тысяч человек, а его смерть называли потерей соратника, павшего на боевом посту. Через 70 лет жители Вильнюса опять увидели своего знаменитого земляка на его родной улице. Бронзовый доктор Шабад в старомодной шляпе разговаривает с девочкой, прижимающей к груди котенка. Именно таким запомнился людям этот прекрасный человек, ставший прототипом любимого литературного героя.


Памятник доктору Шабаду в Вильнюсе, работы скульптора Р. Квинтаса

Источник - kulturologia.ru

Tags: Дети, Звери, Книги, Литва, Медицина, Человек
Subscribe

Posts from This Journal “Человек” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments