Вадим Алешин (vakin) wrote,
Вадим Алешин
vakin

Categories:

Крещатик в огне



В этот день 78 лет назад погиб Крещатик – главная улица украинской столицы. В ночь на 19 сентября 1941 года в Киев вошли немецкие передовые части. Они должны были рассечь город на части, установить посты на возвышенностях, занять мосты и удерживать административные здания до подхода основных сил вермахта. Группы вливались в столицу через Подол и по улице Красноармейской (ныне Большая Васильковская), пройдя через Голосеевский лес – шли в боевых порядках разведка и штурмовые части 296-й и 95-й пехотной, а также 99-й егерской дивизий, поддержку наступающим оказывали словаки.



Киевская катастрофа

К тому времени гигантские клещи уже сомкнулись позади Юго–Западного фронта, перерезав железную дорогу на Полтаву – в котле оказались четыре советские армии и фронтовое управление в Прилуках. Заканчивались боеприпасы и топливо, было потеряно руководство под беспрерывными бомбежками с воздуха, вскоре застрелится при прорыве командующий фронтом Кирпонос – началась паника и дезертирство. По меньшей мере 700 тысяч советских солдат здесь попадут в плен, будут убиты или пропадут без вести. Киевская оборонительная операция даст время на подготовку обороны Москвы и выиграет две драгоценные недели до начала распутицы, но будет роковой для украинской столицы.



Последние бои

К 19 сентября числу у защитников Киева было разрешение на отход, но сопротивление укрепленного района вокруг города продолжалось, несмотря на панику в городе. Двумя днями раньше егеря 99-й немецкой дивизии в ожесточенных боях у Пирогово потеряли двух командиров роты, комбата и главного военного врача дивизии. Лысогорский форт утром сносили пикировщиками и артиллерией после двух неудачных попыток штурма, а его защищал батальон ополченцев с Печерска – вчерашние учителя и рабочие. Разгоряченные боем и обозленные потерями штурмовые части немцев плотно работали по городу артиллерией. Был накрыт железнодорожный вокзал – снесена крыша и начался пожар. Досталось и штабу Пинской флотилии в районе Контрактовой – там в плечо и шею был тяжело ранен ее командующий адмирал Рогачев, здание полыхало. Когда на рейде Гавани особого назначения начали сыпаться снаряды, корабли были взорваны и затоплены, а моряки получили приказ пробиваться на восток. Между молотом из наступающих егерей и наковальней танковых частей, замкнувших кольцо, оборона Красной армии коллапсировала.



Выжженная земля

Началось отступление: через центр, бульвар Шевченко, Крещатик, по направлению к переправам. Образовалась огромная пробка из подвод, грузовиков, полевых кухонь, лафетов орудий, табунов скота, угоняемого на восток. Раз за разом по Подолу со свистом приходили снаряды – убитые лошади с обрезанными постромками и брошенные подбитые машины усугубляли беспорядок. Повсюду гремели взрывы. Пылала станция Киев–Товарный и полторы сотни вагонов, подожженные подпольщиками. В Дарницком депо в клубах пара взлетали на воздух паровозы. Ополченцы и бойцы НКВД бросали в Днепр мешки с мукой и сахаром – сотнями тонн. Весь этот хаос прикрывали бронепоезда, беспрерывно работающие по наступающим немцам с ветки Железнодорожного моста. Над Киевом стоял беспрерывный гул канонады и кружили самолеты. Толпы мирного населения осаждали вокзалы в надежде получить билет в эвакуацию – сейчас и они, и охранявшие вокзалы бойцы НКВД кинулись к переправам.



Железнодорожный мост был подорван, деревянный Наводницкий пропитан мазутом и маслом и подожжен – очевидцы говорили, что по нему пылающему все еще бежали ополченцы, пытавшиеся спастись. Автомобильный мост имени Бош обрушили зарядами в реку вместе с ворвавшимися на него егерями. К полудню немецкий флаг подняли над колокольней Лаврой и Цитаделью, к вечеру мотоциклетные разъезды выставили посты в центре Киева. Именно немцы прекратили двухдневное мародерство.



Жители, пользуясь исходом партии и милиции, взламывали магазины, вскрывали сберегательные кассы, выносили товары из «Детского мира» на Прорезной, прямо на глазах у измученных многодневными боями отступающих красноармейцев.



Правда, эти отрезы ткани, иголки к патефонам, украденные кольца или платья помогли многим пережить ту страшную зиму без центрального отопления, когда центр был утыкан трубами буржуек в форточках и на уголь и еду меняли все, что было. Но картины, как люди с гроздьями связанной шнурками на шее краденной обуви тащат домой мешки с одеждой, еще больше усугубляли панику и отчаянье первых дней оккупации. Однако боялись ее далеко не все: над Лаврой переливом били колокола, а улицы усыпали разбитые бюсты Ленина и Сталина – репрессии коммунистов выходили им боком. Например, о заминированном музее Ленина (ныне Дом учителя) сообщили вермахту местные.



Гибель Крещатика

Город превратился в каменную ловушку. Пожары бушевали на ТЭЦ с запасами угля и мазута и на электростанции. Полыхало в военной школе на Печерске и на паровозоремонтном заводе или покинутых складах ополчения. Позже начались подрывы в Лавре и Арсенале – в Киеве работало подполье, саперы 37-й армии и диверсанты майора НКВД Ивана Кудри. Центр также советы готовили к обороне системно и серьезно. Улицы были перегорожены сетью баррикад, чердаки превращены в склады боеприпасов и коктейлей «Молотова» – настоящая паутина из противотанковых ежей, огневых точек, фугасов. Было заминировано все – Верховная Рада, музей Ленина, Оперный театр, штаб округа на Банковой. В каждом здании полторы–две тонны взрывчатки, на видном месте инициирующая мина с замедлением. А в глубине строений, скрытые в кладке или в земле под фундаментом, ждали своего часа радиомины, реагирующие на трель Харьковской гражданской радиостанции.



24 сентября заиграла музыка – гигантский взрыв вспорол «Детский мир», в котором располагались комендатура и штаб. Пламя перекинулось по Прорезной на Крещатик, а там начали детонировать склады с «коктейлями» и минами на чердаках. Следующий взрыв произошел в гостинице «Спартак» – там погибли не только немцы из жандармерии, но и стоявшие за хлебом и на регистрацию киевляне. Стена огня распространялась со скоростью лесного пожара, ибо водопровод не работал, электричество давалось с перебоями – пострадала Пушкинская, Лютеранская, бульвар Шевченко, Майдан.

В хаосе взрывов действовало семь диверсионных групп – они атаковали пожарные команды, выводили из строя насосы, распространяли панику и слухи. 50 тысяч жителей остались без крова, а из-за обугливания тел подсчитать количество павших было невозможно. Погибли во взрыве цирк, консерватория с двухсотлетним органом и десятки исторических зданий. В подворотнях у рынка на Бессарабской расстреливали подпольщиков и мародеров, вернее тех, кого таковыми назначили. Курились дымом руины, окончательно отказала из-за детонации система центрального отопления города. Киев вступал в первую страшную зиму оккупации – время бесконечных смертей и лишений.

Автор Кирилл Данильченко
Источник - bigkiev.com.ua



Tags: 1939-1945, 1941, Вторая Мировая, История, Киев, Оккупация, Украина
Subscribe

Posts from This Journal “Оккупация” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments