Вадим Алешин (vakin) wrote,
Вадим Алешин
vakin

Category:

Композитора Николая Леонтовича застрелил чекист



«Родные сидели в соседней комнате со связанными руками и слышали, как Грищенко кричал на полусознательного Леонтовича»... Как жил и погиб создатель легендарного «Щедрика».

«Отец ни на минуту не бывал днем дома. Приходил только поздними вечерами. Мы с мамой до тех пор не спали, прислушиваясь к знакомым шагам по темной пустой улице. Только услышав его быстрый шаг, мама заставляла нас ложиться спать. Сама пыталась не выдать волнения. Отец, увлеченный своими произведениями, не боялся ночных улиц в те неспокойные времена», — вспоминает о жизни в Киеве весной 1919 года Галина, дочь композитора Николая Леонтовича.


Композитор Николай Леонтович во время работы в Тульчинском епархиальном училище, 1908-1918 годы. Винницкий областной краеведческий музей

«Леонтович внешне выделялся своим изяществом. Не любил носить служебной формы и всего казенного, — пишет дирижер Николай Покровский в очерке „Со страниц прошлого“. — Во время выступлений всем своим видом уже настраивал и исполнителей, и зал. Одет в темную визитку, рубашку с твердым стоячим воротником и хорошим галстуком, он, худощавый и стройный, с большим лбом и черной бородкой-эспаньолкой и коротко подстриженными усами, словно возвышался над стихией нежных звуков. Николай Дмитриевич устойчиво боролся с нелегкой жизнью учителя пения того времени. Его семья еле сводила концы с концами. Но он редко бывал печален и мрачен, всегда шутил и надеялся на лучшие времена».

Живут на Баггоутовской улице в двухкомнатной квартире. Ее оставила матери сестра, которая с семьей уехала в деревню. Помещение расположено почти на краю города. Поэтому часто гуляют заросшими оврагами неподалеку, слушают пение птиц.

«Чтобы не срывать учение, репетиции хора Николай Дмитриевич проводил во внеурочное время. Занятия начинались в 9 часов. Леонтович приходил в 6-7-й, когда мы еще спали, — пишет в статье „Мы все его любили“ выпускник Киевской учительской семинарии Иван Барчук. — Он заходил в спальню, снимал с нас одеяла и призывал на репетицию. В 8 пили чай. Он с нами тоже садился. Звучала песня. Не было случаев, чтобы его кто-то не слушал или высказывал недовольство».

Кроме семинарии, преподает хоровое дирижирование в музыкально-драматическом институте имени Николая Лысенко и в народной консерватории. Как инспектор музыкального отдела Народного комиссариата просвещения занимается государственным украинским оркестром и национальной хоровой капеллой. Читает лекции в школах и гимназиях.

«Лишения истощали нашу семью, — писала в очерке об отце Галина Леонтович. — Ясно было, что надо возвращаться в Тульчин (городок в Винницкой области. — Країна). Но все мы чувствовали, как тяжело ему будет порывать с Киевом. Теперь, когда его талант входил в расцвет, когда он работал с близкими ему музыкантами, имел с ними общие интересы, чувствовал их поддержку в своей творческой работе, возвращение в Тульчин было бы драматическим событием в его жизни».


Микола Леонтович – сидить у третьому ряду четвертий праворуч – серед учасників Першого українського хору в Києві, 1919 рік

Николай Леонтович — сидит в третьем ряду четвертый справа — среди участников Первого украинского хора в Киеве, 1919. Фото предоставлено Анатолием Завальнюком

Жена Клавдия с дочерьми — 17-летней Галиной и 5-летней Надеждой — покидают Киев летом 1919-го. Муж договаривается о местах в товарном поезде. Сажает их и идет на работу.

«Осенью 1919 года Николай Дмитриевич в ветхом летнем пальтишке на плечах и неуклюжей шапочке. Сильно осунувшийся, простуженный, пешком пришел из Киева в Тульчин и снова поселился здесь», — пишет его друг Игнат Яструбецкий.


Николай Леонтович с женой Клавдией и дочерью Галиной, 1905. Фото: Винницкий областной краеведческий музей

Композитор берется за учительство в созданной на базе епархиального училища трудовой школе. Руководит самодеятельными хорами и выступает с концертами в воинских частях. Он поддерживает связи с киевскими коллегами и надеется на возвращение в город. С радостью откликается на приглашение композитора Кирилла Стеценко приехать в Каменец-Подольский для организации украинских хоров.

«Ночь. Сильный ветер с холодным дождем. Военные события. Город набит беженцами, которые прибывают и прибывают. Наш дом стоит у широкой дороги в город. Мы не можем отказать голодным, измученным людям, которые остались без крова. И вот тогда кто-то сказал, что здесь есть Леонтович, — писала в очерке „Минуты из жизни“ Ольга Приходько, сестра хорового дирижера Александра Приходько. — Моя сестра Елена, которая несколько лет работала с ним в девичьей Тульчинский школе, сразу узнала его, хотя он был таким изможденным, что еле стоял».

Хозяева приглашают композитора в комнату отдохнуть.

— Я такой грязный, с болотом. Не пойду. Благодарен, что имею крышу над головой и теплый дом, где не дует злой ветер и не сечет в глаза холодный дождь, — отказывается.

О появлении композитора слышат другие гости. Все вместе убеждают его зайти, хотят пообщаться. Он отказывается.

«Нам было интересно с ним поговорить. Но видели, что ему следует немедленно лечь и отдохнуть, — дальше вспоминает Ольга Приходько. — Я сделала ему постель на диване в столовой. Мы все разошлись по своим углам. А утром его уже не было. Когда и куда он ушел, не сказал».

В конце октября 1920 года Леонтовича в Тульчине посещают композитор Кирилл Стеценко и поэт Павло Тычина. Оба работали в странствующей капелле Днепровского союза кооперативных обществ. После выступления в Одессе коллектив по железной дороге прибыл на станцию Вапнярка — теперь Томашпольский район Винницкой области. Члены капеллы узнали, что в 18 километрах живет автор «Щедрика» и других произведений из их репертуара. Решили завернуть к нему.

«Николай Дмитриевич прислонился головой к стене, слушает. Первым хлопает в ладоши», — записал в дневнике о концерте в Тульчине Павло Тычина.

Леонтович показывает и исполняет фрагменты своей оперы «На русалчин Великдень». Кирилл Стеценко хвалит и советует как можно быстрее ее закончить, чтобы поставить в Киеве.

Леонтович хочет написать народно-фантастическую оперу в трех действиях. Для создания либретто обращается к своей ученице Надежде Танашевич, которая живет в селе Стражгород — теперь Теплицкий район Винницкой области. Девушка сначала отказывается. Соглашается, когда композитор говорит, что главное — писать правдиво, и обещает поддержку.

— Она напела мне много песен, — говорит о Надежде бывшему коллеге Акиму Греху. — Может, полюбила старика-лысого. Пусть любит, будет лучше писать текст. Любовь — поэзия, это лучшие переживания каждого человека.

Осенью 1920-го семье Леонтовича постоянно не хватает еды и одежды. На религиозные праздники отправляют дочь Галину погостить к деду в Марковку. Рассчитывают, что она принесет каких-то продуктов.

— Надо мне, Клава, как-то добраться до отца самому, — говорит Николай Леонтович жене в начале 1921 года.

— Как же ты будешь добираться по такому холоду?

— Во время ходьбы не замерзну. Не могу же я спокойно смотреть, как дети недоедают, а купить кусок сала, масла или еще чего денег не хватает. От отца свинины, муки и каких-нибудь круп можно привезти. И картошку, и дров. Рассчитывает зайти к Надежде Танашевич, которая живет недалеко от отца. Хочет обсудить дальнейшую работу над совместным произведением. По дороге заворачивает к Акиму Греху.

«Это было после Рождества 1921 года. Я очень удивился, когда увидел во дворе направляющегося ко мне Леонтовича, — пишет Грех в воспоминаниях. — Он был одет в старое пальто. На голове — оригинальная шапка, которую сшила его жена из старого одеяла. На руках рукавицы на один палец — тоже работа жены. А штаны — серо-черного цвета с большими фиолетовыми пятнами. Он еще нес на палочке завязанный в большой платок гостинец для меня — калачи».

— Ох, мама! Эта линия жизни совсем кончилась, зачем же ты неправдиво говоришь, — возмущается Надежда Танашевич, увидев, как ее мать гадает по руке композитору Николаю Леонтовичу и говорит, что его линия жизни «вроде бы скоро кончается».

— Значит, когда буду от вас идти и из леса выйдет бандит меня убивать, то скажу ему: «Э, нет! Стой. Матушка Танашевич мне еще нагадывала долго жить», — рассмеялся гость.

Надежда ведет его в другую комнату и просит больше так не шутить.

— На днях давал концерт в казармах, — говорит Леонтович. — На пианино забыл свой портфель с документами. Меня сейчас же «пригласили на чашку чая», забрали документы, проверили. Потом — вернули. Жду результатов, а может, и убьют.

Через четыре дня в него стреляет из обреза охотничьего ружья агент Гайсинского уездного ЧК («чрезвычайная комиссия». — Країна) Афанасий Грищенко. Произошло это в родительском доме в селе Марковка. Чекист попросился переночевать. С ним — ездовой Федор Грабчик, крестьянин из Киблич — теперь Гайсинский район Винницкой области. Хозяева согласились.

В разговоре выясняется, что гость приехал бороться с «бандитизмом». Хвастается сетью информаторов по селам, от которых знает обо всем, что здесь происходит. В полночь мужчины ложатся спать в одной комнате. Во второй — мать композитора Мария, сестра Виктория и дочь Галина.

Утром, в 7 часов раздается выстрел.

— Папа, папа! Что это? Взрыв? — первым отзывается Николай Дмитриевич.

Отец бросается к сыну. Тот хочет подняться с постели, но не может. На правом боку — рана. Кровь заливает простыню. Напротив стоит босой, раздетый до белья чекист. Держит обрез. Достает из него гильзу и закладывает новый патрон.

— Ступай отсюда! — кричит на хозяина и выталкивает за дверь. Приказывает Грабчаку связать всем руки. Для этого снимает полотенце со стены и кромсает найденную юбку.

«Родные сидели в соседней комнате со связанными руками и слышали, как Грищенко кричал на полусознательного Леонтовича. Они не могли ничего сделать. Тем временем убийца требовал золото и деньги. Забрал столовые ложки, часы и найденные в кошельке и шкафах деньги. Набросил на себя кожух хозяина, прихватил сапоги его сына и выбежал из дома», — пишет Яструбецкий.

На крики отца совпадают люди. Одни бросаются за убийцей, другие — за врачом в Теплик, третьи — к пострадавшему.

— Воды, — просит Николай Дмитриевич. Когда подают, напиться не может. — Света. Дайте света. Папа, умираю.

Через несколько минут его сердце перестает биться.

Крестьяне догоняют подводу Грабчака, но Грищенко в ней нет. Его преследует милиция. Тот отстреливается, ранит милиционера и убегает.

«Убывшему в служебную командировку районному информатору Грищенко полагать в таковой и исключить с провиантского и чайного довольствия с 12 сего декабря, — подтверждает его должность найденная в архиве в Виннице справка. — Выданные ему 5000 аванса на секретные расходы выписать в расход по приходно-расходному журналу».

На похороны из Тульчина приезжают жена Клавдия и дочь Надежда. Метет, поэтому дорога дается им тяжело. Возле дома Леонтовичей собираются люди. Тело покойного кладут в гроб из тополя. Хоронят босиком, потому что не во что обуть — сапоги забрал убийца. 25 января около 17:00 гроб опускают в могилу.

На следующий день из Старжгорода привезли на могилу венок от Надежды Танашкевич. На нем была надпись: «Вечная память. Спи спокойно».

«Леонтович убит. Траур сухой у меня. Дико, — записал в дневнике 27 января 1921-го поэт Павло Тычина. Позже он еще вспоминает о трагедии: «Выписываю ноты для хора. „Музыка Леонтовича“. Странно. Вся Украина спела Леонтовича. А что ему, Николаю Дмитриевичу? Лежит в гробу, никому не нужен. Тихим будешь — тебя убьют. Сильным станешь — должен убивать. Вот в чем логика жизни».

«Пуля чекистского посланца сознательно целила в сердце признанного носителя духовности нации — Николая Леонтовича. Это был знак страшной казни, что ждет каждого самостийника, не угодного системе», — писала в одной из публикаций искусствовед Валентина Кузык.

160 обработок народных песен создал Николай Леонтович. Самые известные — «Щедрик», «Дударик», «Пряля», «Козака несуть», «Зашуміла ліщинонька», «Ой, з-за гори кам’яної». Из них 50 произведений для детского хора издал в учебных пособиях «Нотная грамота» и «Сольфеджио».


"Щедрик", обр. М. Леонтовича, "Щедрик", обр. Ю. Потеенко

Работал на Донбассе

1877, 13 декабря — Николай Леонтович родился в семье священника в селе Монастырок Брацлавского уезда — теперь Немировский район Винницкой области.

Дед и прадед также были священниками. Отец Дмитрий Феофанович играл на цитре, балалайке, гитаре, скрипке. Мать Мария Иосифовна — хорошо пела. Брат Александр и сестра Мария стали профессиональными певцами, Елена училась в классе фортепиано Киевской консерватории, Виктория играла на нескольких инструментах.

1892 — вступает в Подольскую духовную семинарию в Каменце-Подольском, которую заканчивает в 1898 году.

1901 — издает первый сборник песен Подолья. Через два года выходит второй — с посвящением Николаю Лысенко.

Работает учителем двухклассной школы в селе Чукив. Играет на скрипке и флейте. Организует школьный оркестр. За собственные средства покупает пять скрипок, виолончель, флейту, корнет и тромбон. При месячной зарплате учителя 27 руб за каждый инструмент отдает от 25 до 40 руб.

1902 — работает учителем музыки в Тыврове — теперь райцентр Винницкой области. Здесь знакомится и женится на Клавдии Жовткевич. Она на 2 года старше и приехала с Волыни. Вдвоем работали в Тыврове, затем — в Виннице. Там в 1903 году рождается дочь Галина.

1904 — уезжает работать на Донбасс преподавателем пения и музыки в железнодорожной школе. Живет с семьей на станции Гришино (ныне город Покровск Донецкой области. — Страна) в бараке для железнодорожников.

Во время революции 1905 года организует хор рабочих, который выступает на митингах. Деятельность Леонтовича привлекает внимание полиции. Он вынужден вернуться в Тульчин. Преподает музыку и пение в епархиальном училище для дочерей сельских священников.

С 1909-го — берет уроки композиции, полифонии у профессора теории музыки Болеслава Яворского, которого периодически посещает в Москве и Киеве.

1916 — вместе с хором Киевского университета выполняет свою обработку «Щедрика».

1919 — во время захвата Киева деникинцами вынужден бежать в Тульчин. Там основывает первую в городе музыкальную школу.

1919-1920 — работает над народно-фантастической оперой «На русалчин Великдень» по одноименной сказке Бориса Гринченко.

1921, 23 января — убит агентом ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем. — Країна) Афанасием Грищенко в селе Марковка — теперь Теплицкого района Винницкой области. Текст рапорта, раскрывающий имя убийцы композитора, был обнародован в 1997 году.

Автор Вита Довбыш, опубликовано в журналу «Країна»
Источник - Аргумент


Tags: 1921, XIX век, Большевики, Музыка, НКВД-КГБ, Украина
Subscribe

Posts from This Journal “Музыка” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments