Вадим Алешин (vakin) wrote,
Вадим Алешин
vakin

Category:

История одного шедевра: «Бар в Фоли-Бержер» Мане


1882
Холст, масло, 96 × 130
Лондонский институт Курто, Лондон. Викисклад

Кликабельно - 2000px × 1493px

За год до смерти Эдуард Мане, превозмогая боль от болезней, вызванных сифилисом, пишет свое не просто самое скандальное полотно — скандалы неизменно преследовали художника, — но живописное послание, философию, застывшую на холсте. Вечные ценности, смысл жизни, бренность и суетность мира — все это спрятано между бутылок на барной стойке и в увядающем букете на груди барменши.

Сюжет

Большую часть полотна занимает зеркало. Оно не только является предметом интерьера, придающим глубину картине, но активно участвует в сюжете. В его отражении мы видим то, что происходит с главной героиней в действительности: шум, игра огней, обращающийся к ней мужчина. То же, что Мане показывает как реальность, является миром грез Сюзон: она погружена в свои мысли, отрешена от суеты кабаре — словно окружающий вертеп совершенно ее не касается. Явь и сон поменялись местами.


Эскиз картины

Отражение барменши отличается от ее реального тела. В зеркале девушка кажется полнее, она склонилась к мужчине, слушая его. Клиент же рассматривает как товар не только то, что выставлено на стойке, но и саму девушку. Об этом намекают бутылки шампанского: им самое место в ведре со льдом, но Мане оставил их так, чтобы мы видели, как их форма похожа на фигуру девушки. Можешь купить бутылку, можешь бокал, а можешь и ту, кто эту бутылку для тебя откупорит.

Барная стойка напоминает натюрморты в жанре vanitas, который отличался морализаторским настроением и напоминал, что все мирское — проходяще и бренно. Фрукты — символ падения, роза — плотских утех, бутылки — упадка и слабости, увядающие цветы — гибели и увядающей красоты. Пивные бутылки с этикетками Bass говорят, что англичане были частыми гостями в этом заведении.

Электрическое освещение, так ярко и четко выписанное на картине, является, пожалуй, первым подобным изображением. Подобные лампы в то время только становились частью повседневности.

Контекст

Фоли-Бержер — место, отражавшее дух времени, дух нового Парижа. Это были кафе-концерты, сюда стекались прилично одетые мужчины и неприлично одетые женщины. В компании дам полусвета кавалеры выпивали и закусывали. На сцене тем временем проходило представление, номера сменяли друг друга. Приличные женщины в подобных заведениях не могли появиться.

Кстати, открывалось Фоли-Бержер под именем Фоли-Тревиз — это намекало клиентам, что «в листве Тревиз» (так переводится название) можно скрыться от назойливых взглядов и предаться веселью и наслаждениям. Здешних барменш Ги де Мопассан называл «продавщицами напитков и любви».


Фоли-Бержер, 1880

Мане был завсегдатаем Фоли-Бержер, но картину писал не в самом кафе-концерте, а в мастерской. В кабаре он сделал несколько эскизов, Сюзон (она, кстати, и правда работала в баре) и друг, военный художник Анри Дюпре позировали в студии. Остальное было восстановлено по памяти.

«Бар в Фоли-Бержер» стал последней большой картиной художник, который умер через год после ее завершения. Надо ли говорить, что публика увидела лишь нестыковки, недоработки, обвинила Мане в дилетантстве и считала его полотно как минимум странным?

Судьба художника

Мане, принадлежавший к высшему обществу, был enfant terrible. Он не желал учиться ничему, успехи были посредственными во всем. Отец был разочарован поведением сына. А узнав о его тяге к живописи и амбициях художника, и вовсе оказался на грани катастрофы.

Был найден компромисс: Эдуард отправлялся в плавание, которое должно было помочь юноше подготовиться к поступлению в морское училище (куда, надо сказать, он не смог попасть с первого раза). Однако из вояжа в Бразилию Мане вернулся не с задатками моряка, а с набросками и эскизами. На этот раз отец, которому эти работы понравились, был благосклонен к увлечению сына и благословил его на жизнь художника.


«Завтрак на траве», 1863
Le déjeuner sur l'herbe
Холст, масло. 208 × 264,5 см
Музей Орсе, Париж. Викисклад


Ранние работы говорили о Мане как о подающем надежды, но ему не хватало своего стиля, сюжетов. Вскоре Эдуард сосредоточился на том, что знал и любил больше всего — жизни Парижа. Прогуливаясь, Мане делал зарисовки сцен из жизни. Такие скетчи современники не воспринимали как серьезную живопись, считая, что подобные рисунки годны лишь для иллюстраций журналов и репортажей. Позднее это станут называть импрессионизмом. А пока Мане вместе с единомышленниками — Писсарро, Сезанном, Моне, Ренуаром, Дега — доказывают свое право на свободное творчество в рамках созданной ими батиньольской школы.


«Олимпия», 1863
Холст, масло. 130,5 × 190 см
Музей Орсе, Париж. Викисклад


Некое подобие признания Мане появилось в 1890-х годах. Его картины начали приобретаться в частные и государственные собрания. Однако к тому времени художника уже не было в живых.

Источник - Дилетант

Tags: XIX век, Арт, Импрессионизм, История картины, Картина, Париж, Франция
Subscribe

Posts from This Journal “История картины” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments