August 10th, 2016

Красный

Мои твиты

Серое

В Нью-Йорке умер скульптор Эрнст Неизвестный

Ушел. Упокой Господь.



Эрнст Иосифович Неизвестный умер на 92-м году жизни в нью-йоркском госпитале. США он жил с 1976 года, когда эмигрировал из Советского Союза...

Андрей Вознесенский

Неизвестный - реквием
в двух шагах, с эпилогом
Памяти лейтенанта Советской
Армии Эрнста Неизвестного,
павшего в атаке 2-го Украинского фронта.

Лейтенант Неизвестный Эрнст

Лейтенант Неизвестный Эрнст.
На тысячи верст кругом
равнину утюжит смерть
огненным утюгом.

В атаку взвод не поднять,
но сверху в радиосеть:
«В атаку, – зовут – …твою мать!»
И Эрнст отвечает: «Есть».

Но взводик твой землю ест.
Он доблестно недвижим.
Лейтенант Неизвестный Эрнст
идет
наступать
один!

И смерть говорит: «Прочь!
Ты же один, как перст.
Против кого ты прешь?
Против громады, Эрнст!

Против -
четырехмиллионнопятьсотсорокасемитысяячвосемь-
сотдвадцатитрехквадратнокилометрового чудища
против, -
против армии, флота,
и угарного сброда,
против -
культургервышибал,
против национал-социализма,
- против!

Против глобальных зверств.
Ты уже мертв, сопляк?..
«Еще бы», - решает Эрнст
И делает
Первый шаг!

И Жизнь говорит: «Эрик,
живые нужны живым.
Качнется сирень по скверам
уж не тебе – им,
не будет –
1945, 1949, 1962, 1963 – не будет,
и только формула убитого человечества станет -
3 823 568 004 + 1,
и ты не поступишь в Университет,
и не перейдешь на скульптурный,
и никогда не поймешь, что горячий гипс пахнет
как парное молоко,
не будет мастерской на Сретенке, которая запирается
на проволочку,
не будет выставки в Манеже,
и 14 апреля 1964 года не забежит Динка и не положит на
гипсовую модель мизинца с облупившимся маникюром,
и она не вырвется, не убежит
и не прибежит назавтра утром, и опять не убежит,
и совсем не прибежит,
не будет ни Динки, ни Космонавта
(вернее, будут, но не для тебя,
а для белесого Митьки Филина,
который не вылез тогда из окопа),
а для тебя никогда, ничего -
не!
не!
не!..
Collapse )
Серое

Так хоронили Пастернака


«Нас мало. Нас, может быть, трое» — написал Борис Пастернак о поэтах своего поколения. Двоих можно назвать сразу: это сам Борис Леонидович и Маяковский. Третий поэт — Сергей Есенин, может быть, Осип Мандельштам. Анна Ахматова не согласна была с цифрой три. Она писала: «Нас четверо», имея в виду себя, Пастернака, Маяковского и Мандельштама. Борис Леонидович дружил с Анной Ахматовой, но в своем списке великих ее не числил.

С Есениным в молодые годы Пастернак подрался; за Мандельштама не смог заступиться в разговоре со Сталиным. Это мучило его потом всю жизнь.

Маяковский застрелился, Есенин повесился, Мандельштам погиб в сталинском лагере. Пастернак получил Нобелевскую премию. Эта премия его убила. В газетах, на собраниях на поэта обрушился шквал критики с оскорблениями. Требовали, чтобы отказался от премии, сочинили за него письмо в газету. И, в конечном счете, исключили из Союза писателей.
Collapse )
Бельгия

Красота не имеет национальности

Оригинал взят у tanjand в Красота не имеет национальности



Каждый раз, когда я выкладываю пост о красивых девушках другого этноса, находится кто-нибудь, кто напишет пренебрежительный комментарий.  И чаще всего в нем явственно читается расовое предубеждение. Но просто посмотрите, вот уникальный проект, посвященный теме красоты, он получил мировое признание, и что особенно приятно, автор этого проекта русский фотограф и фотожурналист. Но по порядку.
Collapse )


Бельгия

Украина конца 80-х глазами западных фотографов

Предлагаем вашему вниманию фотографии, сделанные в Украине двумя зарубежными фотографами – Бруно Барби и Карлом Де Кейзером – в конце 80-ых годов. Давайте все вместе посмотрим на знакомые многим места, такие как Ялта, Одесса, Киев, Львов. Многим эти города, улочки и здания покажутся очень знакомыми, а кто-то увидит их в первый раз.


1. Деревня Черешенка рядом с городом Черновцы. Сельская свадьба. 1988 год. (Bruno Barbey)
Collapse )